«Когда мы только собирались, то практически не умели играть. Я даже не умел держать медиатор, держал его наоборот. Главное развиваться, и всё обязательно получится.»

— Ильяс Кабиев

Когда и как вы решили создать группу?
Ильяс: Началось всё ещё со школьных времён, мне было лет 13. Я начал заниматься игрой на гитаре. Позже выступал на школьных мероприятиях один, а иногда с друзьями. Потом мне захотелось чего-то больше, и в старших классах я уже задумался над тем, чтобы собрать группу. И вот, поступив в университет, я начал потихоньку осуществлять свою мечту. Это 2011−2012 годы. Группа начала существование с 2012 года.
А кто из вас профессиональный музыкант?
Рауан: Смотря как вы понимаете само понятие профессиональный музыкант…
Дастан: Мне кажется профессиональный музыкант — это человек, для которого музыка и есть профессия. Главный критерий. Он этим зарабатывает и занимается постоянно.
Рауан: Если посмотреть, в моём понимании, профессиональный музыкант — это тот человек, который живёт музыкой. Не только в материальном плане, но и в духовном, то есть он очень трепетно относится к музыке. Я могу считать себя профессиональным музыкантом.
Дастан: Да, но если смотреть с технической стороны, то безусловно нам есть куда развиваться. Мы не можем себя назвать «гуру».
В группе вы относитесь друг к другу как коллеги или больше как друзья?
Рауан: В первую очередь, мы — друзья. У меня вот за всё существование никогда не было мыслей, что мы коллеги, в первую очередь, мы друзья и занимаемся тем, что нам нравится и что нас объединяет. Отношений, как у коллег, никогда не было и не будет. Не только на студии, но и всё свободное время мы проводим вместе.
Как проходит творческий процесс?
Рауан: Всегда по-разному, Ильяс гитарист и в основном он пишет музыку. Приносит сюда, а дальше начинается коллективная работа, и каждый вкладывает что-то своё, делаем вместе аранжировку. Очень важная часть это вокальная мелодия, за это отвечает Жанель. Все вокальные партии она пишет сама. Насчёт текстов, сначала мы обдумываем на какую тематику будем писать, какие мысли там будут, и в основном пишу я. Но это тоже всегда по-разному бывает, Жанель там мотив придумает, и мы под это подстраиваем всё остальное.
Есть ли что-то общее между названием вашей группы и романом «451 градус по Фаренгейту»?
Ильяс: Да, так и есть по сути. Мы можем сказать, что название нашей группы связано с этим произведением, так как нам близка философия главного персонажа этой книги.
Рауан: Ну и когда мы искали название, то, в первую очередь, отталкивались от этого произведения Рэя Бредбери.

В каких вы отношениях с другими группами из лейбла? Нет ли у вас конкуренции?
Рауан: В очень хороших. У нас тут семья, можно сказать. У нас братские отношения. Мы всегда друг другу помогаем, когда нужна помощь. Насчёт конкуренции — нет, её нет.
Дастан: Музыка — это не спорт, поэтому нам делить нечего. Плюс музыки в том, что можно одновременно слушать и Molto Loud, и Far In Gate, и Галымжана Молданазара, от того, что человек слушает больше групп, у нас ничего не убывает.
У любого творческого человека есть свой источник вдохновения, какой он у вас?
Рауан: Вдохновение — это сама жизнь. То, что происходит вокруг, но чаще всего нас вдохновляют фанаты, наши слушатели. Когда ты слышишь в свой адрес очень тёплые отзывы, что мы их вдохновляем, ты понимаешь это и стараешься ещё больше творить, продолжать всё это делать.
Вопрос про недавние изменения в вашей группе: как вы отнеслись к уходу Сейдоллы (Сида)?
Ильяс: Это не было спонтанным решением. Можно сказать, всё к этому шло. Мы отнеслись к его уходу очень болезненно, так как мы вместе всё начинали строить. Он был неотъемлемой частью нашей группы. Через многое прошли за эти пять лет. Но всё, что ни делается, в любом случае, всё к лучшему. У всех всё будет хорошо. Если на данный момент у кого-то что-то не так, то это ещё не конец.
Рауан: Никто не знает, что будет. Поначалу отнеслись к этой ситуации как-то с недопониманием, но потом оценили всё по-взрослому и поняли, что просто в жизни у человека происходят изменения, которые должны случиться. Было болезненно, но сейчас мы понимаем, что всё к лучшему. Сейчас с нами Дастан и всё хорошо.
Ильяс: С приходом Дастана у нас началась, так скажем, новая волна, новый прилив сил, заряд энергией, который помогает нам двигаться и толкает вперёд. Это ни в коем случае не замена Сиду. Это не футбол, здесь нельзя просто сказать, что вот Дастан теперь замена Сида. Как-то их сравнивать, я считаю, неуместно. Дастан — новый участник группы, который очень гармонирует с нами.
Рауан: Да, Сид незаменим. У нас с ним отношения такие же. Я отношусь к нему, как к брату. Всё будет так же, но немного в других обстоятельствах.
Бывают ли у вас страхи? Боязнь сцены, панические атаки?
Рауан: Бывают волнения перед каждым выходом на сцену. Не помню, кто именно, но сказал один из великих музыкантов: «Если у тебя нет волнения перед выходом на сцену, то ты должен уходить со сцены». Неважно, на каком ты уровне, хоть ты великий музыкант и уже столько концертов отыграл за всю жизнь, но, в любом случае, должно быть волнение, предвкушение. Но когда ты выходишь на сцену, играешь первую ноту, всё волнение улетучивается.
Ильяс: О некоторых страхах мы написали в песнях. Когда придёте на концерт, обязательно вслушайтесь в текст.
Рауан: Да, кстати, в основном, в наших текстах очень много личного. Мы всё это закладываем в смысл песен. Что переживаем, что у нас происходит.
Часто ли бывает неуместная критика в ваш адрес?
Рауан: В основном мы не обращаем внимания на неконструктивную критику. Если она конструктивная, то мы всеми руками за, потому что она заставляет что-то пересмотреть, подумать. Честно говоря, не помню чего-то неуместного. Ну вообще, это дело вкуса. А о вкусах не спорят.
Дастан: Мне кажется худшие наши критики — мы сами. То есть, тяжелее всего перебороть самокритику, которая наступает во время игры, до или после концертов. Мы сами для себя самые строгие судьи, и быть довольным собой — это что-то недостижимое для любого творческого человека.
Какие у вас цели, связанные с музыкой?
Ильяс: Изначально, когда у меня появилась цель собрать группу, я хотел быть полезным своей музыкой для других людей, оказать влияние на людей, как, в своё время, на меня оказали большие группы. И вот теперь моя цель — оказывать влияние на людей, на их мировоззрение, восприятие мира.
Рауан: Да, оказывать влияние и понимать, что твоя музыка изменила судьбу какого-то человека. Нам частенько пишут, что наши песни вдохновляют и делают толчок в каком-то направлении, помогают поверить в себя.
Дастан: В детстве ребята, которые слушали немейнстримную музыку всегда ощущали то, что они не одиноки именно благодаря таким песням. Слышали либо в самой музыке, либо в тексте какие-то вещи, которые перекликаются с ними.

А кто повлиял на вас?
Рауан: На меня в первую очередь повлиял мой отец. Я с детства рос под звуки домбры. Он привил любовь к самой музыке. Потом я услышал песню «From the inside» Linkin Park, вот момент, когда внутри меня что-то перевернулось. Я услышал эту музыку, услышал все эмоции и, по большей части, они повлияли на меня. В каждом периоде жизни была группа, которая влияла, и каждый раз они были разные, но изначально ими были Linkin Park.
Ильяс: То же самое — Linkin Park.
Дастан: То же самое. На первые курсы гитары меня отдала мама, потому что она понимала, наверное, что ребёнку 12−13 лет мало только учиться в школе и гулять на улице. Плюс тогда у меня зарождались какие-то зачатки меломании. И, безусловно, поддержка семьи играет большую роль в музыкальном становлении, когда ты не вопреки семье, а благодаря их поддержке занимаешься этим. Сквозь годы столько музыкантов как-то вдохновляли и вносили свой вклад, что кого-то одного выделить очень тяжело. Но конкретно в контексте казахстанской музыки очень вдохновляет Галымжан Молданазар cвоим примером. Можно делать ту музыку, которая тебе нравится, давать большие концерты, ездить по турам, делать коллаборации. Не быть на уровне «бэдрум-продюсера», когда ты просто закован в рамках своей спальни.
Вы к музыке относитесь как к профессии или как к чему-то временному? Не собираетесь ли уйти в другую сферу?
Рауан: Мы уже давно, как мы пришли сюда, как начали этим всем заниматься, в какой-то момент поняли, что это дело всей нашей жизни. Я не вижу себя в других сферах. Музыка — это то, чем я буду заниматься до конца своих дней.
Дастан: У нас с Рауаном есть другое околомузыкальное хобби — «имиджмэйкинг». В виде фотографий и видеосъёмок. Для меня это вторая страсть, которая пришла позднее, потому что музыкой занимался с подросткового периода. Это два моих увлечения, которыми я бы хотел заниматься до конца своей жизни. Просто в жизни так происходит, что иногда событий больше то в одной области, то в другой, но это никогда не вопрос выбора одного или другого, просто всё идёт циклами.
Ильяс: Для меня музыка — это уже неотъемлемая часть моей жизни. Это как и со сном, с едой: она окружает меня, подпитывает, даёт энергию, либо наоборот истощает, то есть она всегда со мной. Надеюсь и верю, что так будет продолжаться очень долго.
Чего бы вы пожелали всем тем, кто не может найти себя?
Рауан: Верить и работать.
Ильяс: Определить то, чем тебе нравится заниматься.
Дастан: Наверное, больше слушать свой внутренний голос, потому что сейчас интернет навязывает очень много вкусов, направлений. В этом течении легко потерять себя и стать чьей-то копией. Поэтому очень важно, находить грань между тем, чтобы получать вдохновение и, при этом, продолжать слушать внутренний голос и оставаться самим собой.